Он видел, как перила поворачивали налево и там, где была площадка, скрывались во мраке. И если пройти по площадке, то попадешь прямо в спальню, а там тоже царит мрак. Эдна!--кричал он.--Эдна! -- А, иди к,черту! Он начал медленно подниматься по ступеням, ступая неслышно и касаясь перил,-- вверх и налево, куда поворачивали перила, во мрак. На самом верху он хотел переступить еще через одну ступеньку, которой не было, однако он был готов к этому и шума не произвел. Он опять помедлил, прислушиваясь, и хотя и не был уверен в этом, по ему показалось, что далеко в поле опять начали стрелять из пушек, в основном из тяжелых орудий, семидесятцпятимиллиметровых, при поддержке, наверно, пары минометов. Теперь -- через площадку и в открытую дверь, которую легко найти в темноте, потому что он отлично знал, где она, а дальше -- по ковру, толстому, мягкому, бледно-серому, хотя он и не чувствовал, и не видел его.